От опера до миллиардера: Как совладелец корпорации АТБ Геннадий Буткевич строил бизнес и как ему в этом помогла работа у Юлии Тимошенко

13.02.2020
2185

Совладелец корпорации АТБ Геннадий Буткевич

Геннадий Буткевич, совладелец корпорации АТБ владеющей крупнейшей розничной сетью в Украине "АТБ-маркет", дал интервью Дмитрию Гордону. В своем первом видео-интервью он рассказал о годах работы в милиции, о работе с Юлией Тимошенко и Виктором Пинчуком и в "Единых энергетических систем Украины", как он встречался с Петром Порошенко и Владимиром Зеленским, на какие деньги стартовала розничная сеть и о своей формуле счастья.

Приводим адаптированный материал, выделив некоторые части в формате "вопрос-ответ". Цитаты спикера взяты в кавычки.


Работа в милиции

У меня была мечта – раскрывать убийства, навеянная в основном произведением братьев Вайнеров "Эра милосердия". Плюс – у меня обостренное чувство справедливости. Помню случай, я тогда учился в 10-м классе, ко мне подошли ребята из начальных классов и пожаловались на студентов техникума, чье общежитие напротив школы через дорогу. Говорят, они забирают у них деньги, которые родители дают на еду.  Я сказал, что проблем у вас больше не будет. Позже я пошел к  студентам и пояснил, по-хулигански, по-уличному, что так делать нельзя. Уличный языке я хорошо понимал. С Кривого Рога осталось. Позже человек 30 студентов пришло в школу. Но мы один на один разобрались – и больше они уже не пересекали улицу.

В УВД в Днепре я пришел после армии. Зашел в УВД сразу к начальнику. Но тогда в милицию сразу не брали, как сейчас  – “пришел, увидел" и тебя приняли на работу. Меня проверяли 9 месяцев.

Выйдя из УВД, который был на проспекте Карла Макса, увидел надпись на здании “Трест Днепросантехмонтаж”. На тот момент я уже был семейный и нужно было найти работу. Зашел в трест к начальнику кадров, у которого сидел директор профтехучилища. Он и предложил у них работать. Так я проработал мастером профтехучилища 9 месяцев.

В УВД вначале я работал по экономическим преступлениям. Одно из моих нашумевших дел – фальшивомонетчик чеканил старинные золотые монеты номиналом 25 руб. От добровольного помощника, как тогда назывались агенты, поступила информация, что на рынке слишком много “империала”, этих самых монет. Через агентуру дали заказ на них. С трех сторон пришло предложение. А монеты имели нумизматическую ценность. Их стоимость на тот момент была то ли $2500, то ли $4000. В кассе нам таких денег никто не даст. Пришлось обращаться к добровольным помощникам с просьбой одолжить денег. В итоге вышли на человека, который из России получал промышленное золото. В первый раз он сидел за то, что в ресторане расплатился 25-рублевой купюрой, которую он нарисовал в течение 20 минут. Был очень талантливым. Мы его взяли.

В 1991 году стал руководителем отдела по борьбе организованной преступности в Днепропетровске (сейчас Днепр, – ред.). У меня хорошо получалось работать на этой стезе. У меня были хорошие агенты. Я им доверял, а они – мне. Я был справедлив, взяток не брал. Некоторые до сих пор поздравляют меня с днем рождения.

В “организованной” жизнью особо рисковать не приходилось. Так как мы составляли план, он согласовывался и утверждался руководством. И встреча с контингентом проходила по нему. Все было просчитано и продумано.

Выезжая не "семейные" (дела – ред.) холодок был больше, чем при работе с организованной преступностью. Был у меня один случай. Выехал в 9 утра на кражу и так в подразделение и не доехал, то разбой, то еще кража. Закончил в 10 вечера. Возвращаюсь – звонок от дежурного, чтобы я на “семейное” заехал, так как участковый не может. А оружия я не взял, в подразделение же не заезжал. Подъехал по адресу. Вычислил, что нужная квартира на пятом этаже. Пока поднимался на каждом этаже из-за приоткрытых дверей звучало: “Ну, наконец-то милиция приехала. Все хорошо”. Звоню в дверь. Ее открывает мужик в трусах под 2 метра ростом и с топором в руках. Говорит: “Ну что, мусор, заходи. Сейчас я тебе расскажу, как надо себя вести в моем доме". А за ним женщина на полу лежит. В этой ситуации помогла улица и спорт. Я перевел взгляд на женщину, задал ей вопрос. Мужик отвел от меня взгляд и я резко нанёс ему удар в пах. После этого он спокойно и мирно поехал в райотдел.

Взяток я не брал. “Никто ни копейки не смог дать Геннадию Владиславовичу”. Можно сказать, из-за этого я и ушел из милиции чуть раньше, так как поступило "предложение, от которого невозможно было отказаться". Мне предложили работу в предприятии “Содружество” Юлии Владимировны (Тимошенко, – ред.) с Пинчуком (Виктор Пинчук, олигарх,  – ред.) с заработной платой в $4000 в месяц. Я оказывал услуги по их безопасности.

Когда Тимошенко и Пинчук разошлись, у меня была беседа с Виктором Михайловичем, он хотел, чтобы я остался у него. Но для дальнейшей своей судьбы решил, что будет лучше, если я буду работать с Юлией Владимировной. Я как чувствовал, что $4000  было мало (смеется). Поэтому нужно было пользоваться моментом. Также у меня был разговор с Тимошенко. И я говорю: “Юлия Владимировна, вот вы сегодня разошлись с Пинчуком. Завтра вы решите пойти в политику” – и попросил у нее бонус к зарплате. Приличный бонус. Потом этот бонус мы запустили в бизнес – смогли купить оборудование для переработки мяса. Пошли нормальные заработки для покупки магазинов. 

В 1995-1997 гг. я возглавлял службу безопасности "Единых энергетических систем Украины" (собственник – Юлия Тимошенко. При премьерстве Павла Лазаренко частная компания ЕЭСУ получила госгарантию на $200 млн по контракту с "Газпромом". В итоге ЕЭСУ денег по контракту не заплатило, ред.).  Мне ее нужно было создать с нуля, и уже после многие признавали, что эта служба безопасности была лучшей в Украине. В нее, в том числе, входили специалисты КГБ и милиции.

Вопросы Дмитрия Гордона.

– Павел Лазаренко (экс-премьер Украины, был осужден за незаконное  отмывание денег, – ред.) имел отношение к ЕЭСУ тогда, правильно?

– Он ко всем имел отношение не только к ЕЭСУ.

– Вы общались с ним тогда?

– Да.

– Интересный человек?

– Очень сильный человек. Мозг работал в доли секунды. Но жаден. Как я это понимал.

– Юлия Владимировна не жадная?

– Нет.

– Лазаренко называют одним из лучших премьер-министров Украины. Это соответствует действительности?

– Для меня он был монстр. Когда я видел его со стороны.

– Трагическая судьба у него, да?

– Безусловно.

– Вам жаль его или нет?

– Я думаю, это заслуженно.

– Вот если представить, что сейчас Павел Иванович на вас смотрит. Что бы вы ему передали через океан?

– Так быстро не ответишь. Резкий вопрос. Я сожалею, что так его судьба сложилась. Потому как он реально мог бы быть сильным государственным деятелем. И важно помнить – жадность порождает бедность.

– Юлия Владимировна тоже талантливая?

– Безусловно талантливый (человек, – ред.), лидер. Может быть, ее это качество и губит. Она должна быть первой и только первой. Сейчас она знает госпредмет лучше всех в стране. Но ее сильные качества, которые есть, они перехлестывают реалии.

– Вам приходилось предотвращать покушения на убийство Юлии Тимошенко?

– Нет.

– Но угрозы поступали?

– Да. Но профилактическая работа была проведена так, что до этого не дошло.

– Тем не менее, ситуации, когда существовала опасность, бывали?

– Я всегда был рядом в этот момент.

– Сегодня вы следите за ней?

– Да.

– Бывает, что общаетесь?

– Очень редко. Но я всегда появлялся, когда ей было тяжело. Когда она сидела в тюрьме, я появлялся возле ее семьи. Но потом опять пропадал. Потому как знал: "Бизнес должен быть в тишине". 

Развитие сети “АТБ-маркет”

На тот момент было кафе и друзья, которые были нацелены на то, что надо жить лучше, чем живем.

Считаю, что случай играет большую роль в судьбе человека. Та сумма денег, которую я получал как бонус, работая у Юлии Тимошенко, пошла на постройку мясокомбината, фабрики. Зарабатывали деньги хорошо. Это был 1995 год.

Хочу отметить тех, с кем я начинал – это Ермаков и Карачун (Евгений Ермаков и Виктор Корачун, совладельцы АТБ, – ред.). Без Ермакова не получилось бы сделать производство, а без Карачуна ничего бы не реализовалось. Потому что он покупал дешевле, а продавал подороже. Это купец с большой буквы. Когда мы начинали, нас было четверо. Так получилось, что четвертый от нас ушел.

Мы долгое время, как говорили на улице, "делили и в семью несли" по $3000 – 4000, а остальные вкладывали в развитие бизнес. Это было очень тяжело – работать и не чувствовать той свободы денежной, которая могла бы быть.

С бизнес-партнерами у нас очень хорошие отношения. Никогда не было ситуации, что мы хотели расстаться. Иногда бывает очень сложно, но я считаю, что именно это и привело нас к таким результатам, которые у нас есть. Потому что любой человек может свихнуться, когда имеешь больше возможностей для решения вопросов.

Начинали мы с "жестких" дискаунтеров, как немецкие Aldi и Lidl. Дискаунтер – это как можно меньше ассортимент – для того, чтобы человек выбирал самое дешевое. Реалии Украины показали, что нужно делать мягкий дискаунтер (больше ассортимент, – ред.) . Но этим занимались бизнес-партнеры. Я никогда не занимался тем, как положить товар, по какой цене брать.

Сейчас сеть “АТБ-маркет” – это 1077 магазинов из них собственных – 900. Затраты на открытие магазина зависят от месторасположения, города и прочее. В среднем – $1,5-2 млн.

В компании работает больше 60 000 сотрудников. Средняя заработная плата у нас 14 000 грн. Выплачиваем ее вовремя.

В этом году (возможно, речь идет о 2019 годе, – ред.) в  развитие было вложено $200 млн. Товарооборот сети составил 128 млрд грн (это оборот корпорации АТБ, а не розничной сети, – ред.). Налогов было выплачено около 13 млрд грн. Около 4 млн украинцев в день совершают покупки в “АТБ-маркет”.

Компания чистая – без кредитов и долгов. По всем показателям мы наращиваем в год по 20-25%. 

Оценка компании. Ее подсчитать несложно – оборот 127 млрд грн, плюс бизнес, в который входит 900 собственных магазинов (в среднем умножить на $1,5-2 млн). Получается очень приличная сумма.

В Донецке и Луганске мы потеряли 152 магазина и шикарный РЦ. Мы оценили убытки в $300 млн. В Крыму мы успели вовремя убежать, за бесценок отдали магазины. На Донбассе же просто забрали. Ко мне приезжали некоторые элементы, контингент, с которым я когда-то работал (смеется, когда возглавлял отдел по борьбе с организованной преступностью, – ред.). Меня пригласили туда приехать. Тогда еще был Захарченко, который говорил, что если я приеду поговорить с ним, я буду в безопасности. Мне не было страшно. Но я не поехал, потому что считал, что неправильно там работать. И через неделю мне прислали приказ о национализации сети. Не знаю точно, кто сейчас владеет магазинами там – то ли жена, то ли любовница Захарченко. Даже если наши магазины работают, пусть. Хорошо, что они за ними следят, чтобы там стекла и стены были целы. Когда Донбасс вернут, вопрос возврата собственности будем решать  в правовом поле.

Во времена, когда государство возглавлял Виктор Янукович, к нам приходили люди, вхожие в его круг. Предлагали продать бизнес. Как видите, мы продолжаем работать. Только после этого охрану усилили.

Сейчас я живу в Киеве, в Днепр езжу только на наблюдательный совет. Обговорили с партнерами, чтобы ввести в наблюдательный совет мою старшую дочь Анну. Она с ними в очень хороших отношениях. Пусть потихоньку занимается бизнесом. Дал ей обязательную книгу для прочтения – "Атлант расправил плечи".

Мой рабочий день длиться по-разному. Иногда – 2 часа, иногда –12 часов. Сплю 4-5 часов ночью и полчаса днем. В машине подсыпаю всегда (улыбается). Не умею отдыхать. На третий день отпуска начинаю ходить по номеру гостиницы. И супруга говорит: "Да езжай, я все понимаю".

Политика. О встречах с Порошенко и Зеленским

Безусловно, я интересуюсь политикой. Но в политике быть нельзя. У Губермана (Игорь Губерман, поэт, – ред.) есть выражение: “Есть в каждой нравственной системе идея, общая для всех: нельзя и с теми быть, и с теми, не предавая тех и тех”. Так что если и пошел крен в политике, то ты должен там и оставаться. Бизнес должен быть вне политики.

О возможных связях с Арсеном Аваковым и Юрием Луценко, о которых пишут СМИ.  Авакова я совсем не знаю. С Луценко знакомы. В отношении меня и моей семьи были противоправные действия, которые хотелось прекратить. Но они до сих пор не раскрыты.

С Виктором Януковичем никогда не встречался. С Петром Порошенко общались. Денег у меня он не просил. В 2014 году просил помочь на выборах. Покупателей сети много, на тот момент было около 3 млн человек в день. Я сказал, что если мы с вами построили такой бизнес, который построили, то я бы очень хотел, чтобы вы были президентом. Он сказал: “Я сделаю такой страну, как мы с вами сделали бизнес”.

Еще Порошенко спросил: “Что бы ты хотел, если я буду президентом”. Я ответил: “Мне нужна такая страна, как бизнес. Жить в стране, которая демократичная, в которой люди живут хорошо, где бизнес увеличивается в несколько раз”. Тогда Порошенко оставил мне свой номер телефона. Но я им воспользовался единожды – 25 мая 2014 года. Написал смс: "Мы все сделали, чтобы вы стали президентом".  

С Владимиром Зеленским встречался в Америке – это было осенью 2019 года. Я видел глаза человека, который хочет сделать "хорошо". Я думаю, что он честный человек. И ему очень сложно сейчас. Если бы мне предложили возглавить страну в таком экономическом положении, в которой идет война, я бы не согласился. Да, возможно, я жил с Зеленским на одной улице  – 22-го Партсъезда (сейчас Виталий Матусевич, – ред.) в Кривом Роге. Это был очень сложный район – как говорится "два раза получишь, один раз дашь".

Если говорить о бизнес-климате, то он начал улучшаться еще при Викторе Ющенко. Я считаю, что для развития страны госчиновник должен понимать, что он для бизнесмена, а не наоборот. И бизнес вытянет экономику. Бизнес не должен держать деньги в офшорах. В 2012-2013 гг. нам тоже приходилось страховаться. Мы купили некоторые вещи через компании, все законно.

Бизнес. Недра и полезные ископаемые

У меня мечта – строить ядерные реакторы в Украине. До недавнего времени все занимались углеводородами.  

И когда я и мои бизнес партнеры Александр Настенко, Виталий Якименко занялись сначала ураном, а потом и редкоземельными металлами (бериллий, цирконий, титан, графит), все резко побежали…

Правильный тренер – это тот, который найдет подходящего человека. В этом вопросе у меня партнеры хорошо разбираются. И ребята учатся больше чем я этому вопросу.

У нас есть месторождения в Житомирской и Кировоградской  областях. СМИ пишут, что у нас друг какой-то, мы в чьем-то окружении. В то же время разрешение на разработку месторождения урана мы получали 3 года. Сейчас я продаю недвижимость в Америке, чтобы инвестировать в это дело.

Это направление может принести больше денег, чем АТБ. Нельзя быть сырьевым придатком у развитых стран. Надо перерабатывать и создавать продукт, который будет иметь большую добавочную стоимость.

О личном

Украинская национальная идея – самостоятельность. Чересчур иногда перегибая палку. Украина – едина, но учитывать моменты национальности, я думаю, нужно. Я могу ошибаться.

Кроме Украины, мне нравится США. Тем, что там все свои, вот кто приехал. И они уважают успешных и самодостаточных людей. У нас не любят, я это чувствую.

Важную роль в жизни сыграли дед, мама и отец. Дед прошел три войны, пришел командиром части. После демобилизации пошел на завод начальником отдела кадров. Честнейший, порядочный и сильный характером. Он приучил меня читать книги. ТВ не смотрю. Отец как-то сказал: “Те люди, которые читают книги всегда будут командовать теми, кто смотрит телевизор”.

Кто главный учитель? Вспомнил анекдот: "У Вовочки спросили, кто была его первая учительница? Он сказал, что химичка в 8-м классе" (смеется). Учителей много было. Было с кого брать пример. И начальник ОБХСС (Отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности), куда я пришел обычным опером. Учился у него хватки, напору.

В жизни мне больше дали Кривой Рог и Днепр. В Киеве я больше уже получаю наслаждение красотой и людьми.

Никогда не завидовал силе, а стремился к ней. И по жизни сейчас так.

Так получилось, что меня все время в компанию брали старшие, потому что я умел и драться, и в футбол играл прилично.  А таких брали, чтобы отстоять двор на двор.

Я больше верующий человек, чем нет. Что-то там есть и нужно  жить правильно. Чужое я никогда не возьму, но свое не отдам и рука не дрогнет, если будет беспредел.

Моя мама говорила, что нужно быть рядом с людьми успешными, у которых есть чувство юмора.

О семье и формуле счастья

Моей маме 85 лет в  этом году. Она врач-психиатр. Закончила мединститут в Днепропетровске без единой четверки. Вот такие гены (улыбается). Сейчас она живет в Киеве. Купил ей квартирку, я хотел, чтобы она жила с нами. Мама очень сильно за меня переживает. И тогда, когда в СМИ писали, что я – сепаратист и будут национализировать сеть. Я ее отвез в Вену и там был почти инфаркт.

У меня две дочери  – Анна и Даша, которая сейчас студентка. Я ни разу не был в школе у девочек. Еще я участвую в воспитании двух ребят. Ну, как ребят – им уже 19 и 28 лет. Это дети моих давно погибших друзей. Один был работником милиции, с которым я работал. С другим занимался боксом. На похоронах, когда жена одного плакала у меня на плече, я сказал ей, чтобы она не беспокоилась, материально у нее все будет хорошо. Хотя с этими друзьями я не заработал вместе ни доллара. Ребята очень хорошие выросли. Один сказал, что пошел учиться на журналиста. На вопрос почему, он ответил, что хочет писать обо мне правду. Потому что переживал тоже очень, когда обо мне плохо писали. 

Для счастья необходимы хорошие гены и случай. Страны, входившие в СССР, очень сильно наказаны коммунистами, которые уничтожили генофонд. У Губермана есть (оригинал звучит иначе, – ред.): "Участвует в судьбе среда и случай, но главное – таинственные гены. И сколько б образованием не мучай, из бочек не родятся Диогены" (смеется). 

Читайте свежие новости и аналитику о ритейле и интернет-торговле в Украине на нашей странице в Facebook, на нашем канале в Telegram, а также подписывайтесь на нашу еженедельную e-mail рассылку.